Они живут рядом с нами...

Гринюк Михаил Никифорович родился в 1927 году в селе Андрияшивка Янушпильського района Житомирской области.

С болью и слезами на глазах вспоминает он как семья его в голодном 1934-м перебралась в Бердичев, где отцу удалось устроиться работать на железную дорогу, рабочим которой выделялись служебные квартиры и пищевой паек давали, что в те годы было бесценным ... В 1938 году справили новоселье уже в этом, собственными руками построенной доме, до сих пор стоит на улице Ватутина, 51. Жизнь будто начинало налаживаться ...

Вдруг война ворвалась в жизнь четырнадцатилетнего Миши черными хищными птицами вражеских самолетов, летевших на восток рассвете 23 июня 1941 через Бердичев и в бою с которыми вспыхнул советский «Сталинский сокол» ...
Далее фрагменты жизни Михаила Никифоровича менялись с калейдоскопической быстротой и непредсказуемостью. Юноше удалось трудоустроиться на станцию Бердичев-сортирувальна, где он разносил и цеплял на вагоны специальные таблички размером с альбомный лист с кодированными обозначениями: красными, зелеными, синими. Красная полоска означала, что вагон немедленно нужно отправить на фронт; зеленая указывала на то, что вагон должен следовать в Германию, а вагоны с синей пометкой должны были курсировать в пределах Украины. Подменяя таблички, подросток нанес немало вреда оккупантам. Представьте себе, что эшелоны, которые имели доставлять на фронт пушки, танки, боевые припасы, возвращались с ними обратно, а поезда с награбленными материальными ценностями, музейными реликвиями и раритетами оказывались на передовой, в прифронтовой зоне ... Продолжаться такое длительное время конечно же не могло . Миша попал под подозрение гестапо и по совету начальника станции, который не утратил своей человечности в те лихие времена, мама несовершеннолетнего парня написала заявление об увольнении того с работы, что по той причине, что работа в ночное время является для него опасной.

Впоследствии парень приступил к работе на немецких военных складах, при случае ему с единомышленниками удалось заминировать, воспользовавшись тем, что сеть электричества была временно отключена. Но видимо за ними следили, потому что 6 декабря 1943 при выходе из восьмого состава, находился на территории, где расположен мясокомбинат, они были арестованы. По окончании следствия, которое длилось три недели, группе был зачитан приговор о предопределении к смерти. Расстрел состоялся 27 декабря во второй половине дня в овраге между эллинга и кирпичным заводом ... Но судьба была милостива к Миши, которому чудом удалось бежать пока немецкие солдаты перезаряжали свои «шмайсеры». Испуганный выстрелами, звучавшие вдогонку, как заяц петлял мальчик полями и не зоглядився как добежал до Семеновки совсем не запыхавшись. Но недолго ему пришлось наслаждаться свободой. В этот же день он был снова схвачен немцами и уже 31 декабря в середине дня оказался в карантине концлагеря Перемышля. Поляк, который обслуживал карантинную зону лагеря, предложил Михаилу и еще одному заключенному поработать в котельной, где оставил их одних, заперев входную дверь снаружи. Ребята быстро сориентировались, закрылись также и изнутри, мгновенно справились с замками на решетке и, выбравшись через окно, вычислив период преодоления часовым территории, рванули в сторону вокзала, который был рядом ...

Зимой день короткий. Беглецы через некоторое время добрались какого-то села, где хозяева приютили их на ночь. Наутро, поблагодарив за гостеприимство, ребята отправились на Восток. Вскоре, остановленные конным немецким патрулем, они обезвредили его и уже на лошадях добрались до Проскурова (ныне Хмельницкий), где Михаил был ранен в ногу, затем в Хмельник. В Хмельнике пути товарищей по несчастью разошлись. Мише несколько раз удавалось избегать облав, но однажды он все-таки попал в ловушку и был направлен в Винницкий концлагерь для военнопленных, откуда его в числе 3000 заключенных пешим ходом погнали в Румынию. Дорогой ели мясо убитых лошадей. Немощных и больных конвоиры пристреливали. Но как только пересекли Румынская граница, на тех, кто падал, уже не обращали никакого внимания и не затрагивали, оставляя лежать в пыли дорог. Наш «герой» воспользовался этим и намеренно упал. Колонна прошла дальше ... К нему подошла местная жительница, помогла встать на ноги и завела в корчму ... Шел 1944 год. Михаил заболел тифом ... После выздоровления вернулся на родину, где семнадцатилетнего парня мобилизовали в ряды вооруженных сил и назначили охранять военные склады Житомирского гарнизона ...

27 октября 1944 Михаил Никифорович Гринюк был направлен в Макеевку Донецкой области в спецлагеря № 240, где в течение восьми месяцев проходил проверку органами СМЕРШ, после чего, как лояльного к советской власти, его направили в «учебку» ...

Не один час говорили мы с Михаилом Никифоровичем. Скорее, говорил ветеран, а я слушал как человек, увлекаясь одной темой, вдруг умолкал, забывая о чем только разговаривал, переходил к другой теме ... Мне неудобно было перебивать его и когда он снова сбивался, я тактично «переводил стрелки» к предыдущему разговору. Таким образом мне пришлось многое узнать из жизни М.Н.Гринюка. Как он дважды встречался с Никитой Сергеевичем Хрущевым, который способствовал возвращению «честного имени» Николая Никифоровича после возбуждения против него незаконной «дела», а также выплате компенсации в 500 советских рублей и восстановлению в должности по месту работы, которую он вынужденно посещал в течение 14 месяцев. Узнал я также об аудиенции Николая Никифоровича у Юрия Владимировича Андропова, по направлению которого он в течение 1967-1975 годов работал часовым мастером в Западных областях Украины, выполняя попутно дополнительную работу другого характера ...

С грустью рассказал М.Н.Гринюк о потере двух сыновей, о протекающую крышу над головой и стены старой родительского дома, которая раздвигается, о «выделены» государством грубые бревна дров, с которыми 86-летний полуслепой дедушка не здужае справиться ... Много вопросов у ветерана ... Но кто на них ответит?

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить